Экстремизму объявили информационную войну

KMO_141818_00071_2_t218_223502

МВД разработало стратегию борьбы с «деструктивной идеологией» до 2025 года

Как стало известно «Ъ», МВД разработало стратегию противодействия экстремизму в РФ до 2025 года. Основным каналом распространения «деструктивной информации» в ней назван интернет. А сам проект документа подразумевает подавление не столько агрессивных «проявлений экстремизма», сколько его «идеологии», в том числе с помощью создания системы мониторинга и контрпропаганды. Замечания к документу сегодня, уже на финальном этапе, должен высказать президентский Совет по правам человека (СПЧ), руководство которого считает, что «экстремизм — это реальность».

Разработка стратегии противодействия экстремизму и, в частности, его «идеологии», была предусмотрена распоряжением правительства от 15 июля 2013 года. Ответственным было назначено МВД и другие «заинтересованные органы». Работа должна быть завершена к четвертому кварталу 2014 года, а документ — утвержден указом Владимира Путина. По словам источника «Ъ» в СПЧ, проект стратегии поступил в совет уже «на завершающей стадии обсуждения». Рассмотреть документ и представить замечания к его тексту, как сказал «Ъ» источник в СПЧ, попросил председатель межведомственной комиссии глава МВД Владимир Колокольцев.

Как пояснили «Ъ» в МВД, разработкой стратегии занимается секретариат межведомственной комиссии по противодействию экстремизму в РФ «из представителей 16 министерств и ведомств», а проект обсуждался с участием представителей научного сообщества, в том числе Совета при президенте по межнациональным отношениям.

Основная концепция документа, говорят в МВД, в том, «чтобы на фоне сохранения и укрепления силовой составляющей борьбы с конкретными экстремистскими проявлениями кардинально повысить эффективность противодействия радикальной идеологии, поставить надежные барьеры на путях ее проникновения в общественное сознание».

В РФ с 2002 года действует закон «О противодействии экстремистской деятельности», необходимый для практической борьбы с экстремистами. Стратегия же, изложенная на 17 страницах (есть у «Ъ»), определяет «цели и инструменты госполитики по объединению всех институтов власти и гражданского общества для укрепления единства российского народа». «Прямые или косвенные деструктивные последствия экстремистской деятельности затрагивают все основные сферы общественной жизни: политическую, экономическую, социальную,— утверждают авторы документа.— Воздействие со стороны внешних и внутренних деструктивных сил прежде всего связано с распространением экстремистской идеологии и направлено на дестабилизацию общественно-политической обстановки в РФ».

«Основным инструментом радикализации общества» в проекте названо вовлечение населения «в протестные акции, которые трансформируются в массовые беспорядки». А «основным каналом распространения деструктивной, в том числе экстремистской идеологии», назван интернет (он же служит средством «связи, рекрутирования и самовербовки новых членов» экстремистских группировок). «Экстремистская идеология» — термин, которого нет в профильном законодательстве. Под ней правоохранители предлагают понимать «взгляды и идеи, пропагандирующие рознь и вражду по национальным, расовым, религиозным, социальным и политическим мотивам». Член СПЧ Александр Верховский опасается, что «очень широко сформулированные понятия» также «перекочуют в нормативные акты».

Основной акцент сделан на информационном подавлении «экстремистов». Для этого предложено вести мониторинг СМИ и интернета «с целью выявления пропаганды идеологии экстремизма» и разработать новые способы «ограничения доступа» к такой информации (не исключено расширение «единого реестра» запрещенных сайтов). С участием «институтов гражданского общества и интернет-провайдеров» в МВД предлагают организовать «противодействие пропаганде идей экстремизма в соцсетях».

«Дискредитацию экстремистов, разъяснение сущности их противоправной деятельности» начнут с учебных заведений. МВД предлагает «воссоздать систему воспитания молодежи в духе свойственных российской культуре духовных нравственных и патриотических ценностей». Журналистов — начиная с профильных вузов — предлагается обучать «профессиональным обязанностям» при освещении проблем противодействия экстремизму и терроризму. Авторы стратегии надеются на «идеологическую поддержку» СМИ и общественных организаций.

Предполагает документ «создание общегосударственной системы мониторинга, профилактики и пресечений экстремистских проявлений», разработку «программ по профилактике экстремизма и сепаратизма» и «адресное профилактическое воздействие на лиц, наиболее подверженных воздействию идеологии экстремизма». «Завершающим этапом разработки стратегии станет подготовка доклада руководству страны, а также необходимых планирующих документов, содержащих тактические основы реализации ее концептуальных положений»,— говорят в МВД.

По словам члена СПЧ Игоря Борисова, «концепция жесткая, и некоторые коллеги предлагают ее смягчить». Сам он предлагает ее дополнить, к примеру, мерами «по профилактике недобросовестного использования этнического фактора в избирательном процессе». Александр Верховский заявил «Ъ», что «антиэкстремистское правоприменение крайне политизировано», а предложенные в документе шаги слишком размыты, чтобы «ожидать хороших результатов». Председатель комиссии СПЧ по гражданским свободам Николай Сванидзе комментировать стратегию не стал, отметив, что в ней «много правильных и интересных пунктов». Глава СПЧ Михаил Федотов о своем отношении к концепции документа до заседания совета говорить с «Ъ» не стал, отметив, что «экстремизм — это не легенда, а реальность, и мы должны отдавать себе в этом отчет».

Максим Иванов, Сергей Горяшко, Александр Игорев

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий